Велимир Хлебников. Часть 3

velimir_hlebnikov13(Начало здесь и здесь) Велимир Хлебников продолжает экспериментировать с языком,  но главное – продолжает искать законы пространства и времени, которые сделают будущее прозрачным, а прошлое ожившим. Он продолжает искать ответы на вопросы, поставленные себе тогда, в 1905 году: почему смерть, а не жизнь? что есть число и слово?  Судьба и Россия?

Стихо- и словотворчество были лишь продолжением этих поисков, продолжением в параллельном мире и  на другом уровне. Разработанная Хлебниковым концепция пространства-времени остается сегодня в тени на фоне его языкового экспериментирования, но открытия здесь обязаны открытиям там. Они  ставят Велимира Хлебникова в один ряд с Пифагором, Кеплером, Лобачевским, Чижевским...

Через четыре года кропотливой работы  концепция пространства-времени окончательно оформляется в систему и обретает черты философии, изложенной в первой книге Хлебникова «Учитель и ученик». Она лежит в основе всех его поэтических и языковых экспериментов, в основе смысла его творчества и всей его жизни. Он нашел свое перпендикулярное мышление, в котором мог оперировать одновременно прошлыми, настоящим и будущим. Книга вышла на средства поэта в 1912 году.

«Ученик: Я не смотрел на жизнь отдельных людей; но я хотел издали, как гряду облаков, как дальний хребет, увидеть весь человеческий род и узнать, свойственны ли волнам его жизни мера, порядок и стройность.

…Я искал правила, которому подчинялись народные судьбы. И вот я утверждаю, что года между началами государств кратны 413.
Что 1383 года отделяют паденья государств, гибель свобод.
Что 951 год разделяет великие походы, отраженные неприятелем. Это главные черты моей повести.

…Было видно, что 951 есть 317*3
…За этими числами ясна судьба, как за собранной в складки мокрой тканью – тело.
…в 534 году было покорено государство Вандалов; не следует ли ждать в 1917 году падения государства?»

velimir_hlebnikov14Это был результат его упорной работы в библиотеках и скрупулезных расчетов, это была его стратегическая идея, параллельно с теоретическими разработками которой он начинает ее овеществление, погружаясь в языковую старину и создавая поэзию, в которой обретали новую жизнь устаревшие слова, прошлое оживало, а будущее становилось ясным.

Велимир Хлебников был мастером оживотворять давно забытое, соскабливать с них накипь и ржавчину, открывать прошлое в настоящем. Для этого он погружался в Даля и Афанасьева, в былины и мифы, в сказки и народные эпосы.

Его гениально-сумасшедшие вещи сразу же покорили  символистов,   футуристов, которых назвал будетлянами,  и акмеистов. В сентябре 1908 года Велимир Хлебников знакомится с заместителем главного редактора еженедельника «Весна» Василием Каменским, а через месяц в №9 журнала появляется «Искушение грешника», пленившее Каменского новизной и свежестью.

«...И были многие и многия: и были враны с голосом «смерть!» и крыльями ночей, и правдоцветиковый папоротник, и врематая избушка, и лицо старушонки в кичке вечности, и злой пес на цепи дней, с языком мысли, и тропа, по которой бегают сутки и на которой отпечатлелись следы дня, вечера и утра, и небокорое дерево, больное жуками-пилильщиками, и юневое озеро, и глазасторогие козлы, и мордастоногие дива, и девоорлы с грустильями вместо крылий и ногами любови вместо босови, и мальчик, пускающий с соломинки один мир за другим и хохочущий беззаботно, и было младенцекаменное ложе, по которому струились злые и буйные воды, и пролетала низко над землей сомнениекрылая ласточка, и пел влагокликий соловей на колковзором шиповнике, и стояла ограда из времового тесу, и скорбеветвенный страдняк ник над водой, и было озеро, где вместо камня было время, а вместо камышей шумели времыши. И забились грустняки над озером» (Отрывок).

velimir_hlebnikov15Закончит Велимир Хлебников первый год пребывания в Петербурге поездкой в Москву, которую любил больше Петербурга. Это было началом его бродяжнической жизни.

Страсть поэта к переменам мест и квартир, кочевому образу жизни стала притчей во языцех, за которой стояла его осознанная позиция: поэт не может быть привязан ни к чему, он должен ездить и петь.

За четыре первых месяца проживания в Петербурге, он сменил четыре квартиры. Потом с такой же скоростью  менялись не только квартиры, но и города. В течение одного года он мог сменить 5-6 городов: Москва, Харьков, Киев, Петербург, Астрахань и снова Киев.

Университет при такой жизни ему только мешал, хотя он еще пытается продолжать учебу, но уже не на естествоведческом факультете, а историко-филологическом.

Прошение было подано в 1909 году и удовлетворено, но через год  студента Велимира Хлебникова отчисляют из университета по причине неуплаты за осеннее обучение 1910 года. С университетом и учебой было покончено.

Значимой точкой отсчета стал для поэта 1909 год: он увлечен панславизмом, языческой Русью, игрой со звуками и корнями русских слов, исследует русскую литературу и народное творчество, делая  нелицеприятные выводы относительно русских писателей, всегда идущих вразрез с народной жизнью, словно в России живет два разных народа.

Если народная песнь воспевает красоту русской жизни, то русская литература – ее ужас; если народное слово проповедует жизнь, то писатели – ее смерть; если русские писатели проклинают и прошлое, и настоящее, и будущее России, то народ воспевает свою страну; писатели пророчат России смерть, народная песнь – ее жизнь и процветание. Отгадку этого парадокса  он тоже мучительно ищет и находит:

«Я клетка волоса или ума большого человека, которому имя Россия»

и чуть позднее

«…Одна из тайн творчества — видеть перед собой тот народ, для которого пишешь, и находить словам место на осях жизни этого народа».

Что было – в водах тонет,
И вечерогривы кони,
И утровласа дева,
И нами всхожи севы.
И вечер – часу дань,
И мчатся вдаль суда,
И жизнь или смерть – любое,
И алчут кони боя
(Скифское, отрывок, 1908)
***

Вечер. Тени.
Сени. Лени.
Мы сидели, вечер пья.
В каждом глазе — бег оленя,
В каждом взоре — лёт копья.
(Отрывок,1908)

velimir_hlebnikov16Следующий 1910 год начинается в Святошино, под Киевом, в мае он возвращается в Петербург с ворохом написанного, получив от Вяч. Иванова сочувствие, но не более. Потом это будет ставиться ему не единожды в укор. Но не пройдет и двух месяцев – Велимир Хлебников снова в Святошино, потом – в Баку, Махачкале и снова в Петербурге.

Здесь он постоянно бывает у Кузмина, считая его учителем, а себя - его подмастерьем. Знакомится со всеми питерскими поэтами, которые говорят о нем как об интересном поэте и чудаке.  Но, как ни странно, в этой компании знаменитостей именно Велимир Хлебников с его стеснительностью, молчаливостью, замкнутостью и рассеянностью стал центральной фигурой.

Пишет Хлебников много, но в печать почти ничего не попадает, друзья-символисты восторгаются, но ничего не печатают. А  Хлебников любил, когда его печатали, но ничего специально для этого не делал. Когда ему давали его произведение для правки, начинал писать все заново: ему было скучно править написанное, он мог создавать только новое.

Так же, когда его просили почитать что-нибудь из своего, он начинал читать и тут же останавливался, заканчивая словами «И так далее»: ему было скучно читать написанное. Настоящим литературным триумфом Велимира Хлебникова стал 1910 год: вышла поэма «Зверинец», посвященная Вяч. Иванову, и напечатано одно из самых знаменитых и самых знаковых для поэта того времени  стихотворений  «Заклятие смехом».

О, рассмейтесь, смехачи!
О, засмейтесь, смехачи!
Что смеются смехами, что смеянствуют смеяльно,
О, засмейтесь усмеяльно!
О, рассмешищ надсмеяльных – смех усмейных смехачей!
О, иссмейся рассмеяльно, смех надсмейных смеячей!
Смейево, смейево!
Усмей, осмей, смешики, смешики!
Смеюнчики, смеюнчики.
О, рассмейтесь, смехачи!
О, засмейтесь, смехачи!

Уже  название «Заклятие» отсылает к народному суеверию, в котором слово обладало принудительной силой и могло заставить божество выполнить волю заклинателя. В данном случае божества – смехачи, обладающие смехом и способные  творить миры (аллюзия на Евангелие от Иоанна: «Вначале было Слово….»).

Смехачи могут разделить смех, разбросать его в разные стороны,  сотворить из него мир смеха. Первые и последние двустишья представляют собой сакральные фразы, между которыми происходит самое главное: начинается и заканчивается творение нового мира.

velimir_hlebnikov17

После заклинания смехачей следует  заклятие самого смеха, чтобы он был способен сотворить то, что от него требуется – совершить убийство смехом, надсмеяться над тем, кто приговорен к смерти. Для этого смех должен излиться полностью, исчерпать свою силу до конца, иначе он не способен будет сотворить мир, убивающий врага. Все заканчивается в момент, когда такой мир сотворен и последние две строчки – это радостный  клич победы!

Страшное стихотворение, построенное на сакральности народных заговоров, в которых слово – сила, способная убивать. Стихотворение о смехачах – стихотворение о смерти, а не о смехе. Проникновение в суть народных сказаний и в силу слова заклинающего  дает поэту инструмент творения мира с помощью слова, но слова особого. Хлебников открывает такое слово для себя и для нас.

После знакомства с братьями Бурлюками в начале 1910 года поэт переезжает к ним. Бурлюк вспоминает о переезде:

«Хлебников не решался уйти, я заявил мамаше, что забираю студента. Та не удивилась, — видимо была даже рада. Быстро собрал «вещи». Что-то очень мало. Был чемоданчик и мешок, который Витя вытащил из-под кровати... Наволочка, набитая скомканными бумажками, обрывками тетрадей, листками бумаги или же просто углами листов... «Рукописи!.. » — пробормотал Витя».

Во время этого переезда Бурлюк и подобрал с пола смятую бумажку, вывалившуюся из наволочки, на которой  было  написано мелким хлебниковским почерком «Заклятие смехом»... Лето Велимир Хлебников проводит на даче  у Бурлюков в Чернянке, близ Херсона. От них едет  в Одессу,  осенью возвращается в Петербург. 1910 год не был столь урожайным, как предыдущий:  написана только одна поэма "Змей поезда" и несколько  стихотворений, среди которых типичное для того времени:

Мы желаем звездам тыкать,
Мы устали звездам выкать,
Мы узнали сладость рыкать.
Будьте грозны, как Остраница,
Платов и Бакланов,
Полно вам кланяться
Роже басурманов.
Пусть кричат вожаки.
Плюньте им в зенки!
Будьте в вере крепки,
Как Морозенки.
О, уподобьтесь Святославу —
Врагам сказал: «Иду на вы!»
Померкнувшую славу
Творите, северные львы.
С толпою прадедов за нами
Ермак и Ослябя.
Вейся, вейся, русское знамя,
Веди через сушу и через хляби!
Туда, где дух отчизны вымер
И где неверия пустыня,
Идите грозно, как Владимир
Или с дружиною Добрыня.
(1910)

velimir_hlebnikov19

Зиму 1911 года снова проводит в Петербурге и усиленно занимается расчетами и выведением законов времени. Лето, как всегда,  вне Петербурга. В сентябре отправляется по Волге в Астрахань.

1912 год проводит в основном в Москве, иногда - в Петербурге. Знакомится с Бриками и Маяковским, отдаляется от символистов и сближается с футуристами.

В 1912 году вышли «Учитель и ученик», «Игра в аду»,  «Мирсконца» (совместно с Крученых), написано две поэмы и несколько рассказов.

1913-1914 год завершают «славянский период» Велимира Хлебникова. Наступает кризис.

(Окончание следует)

Тина Гай

Интересно? Поделитесь информацией!

Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Google Buzz

About Тина Гай

Моя цель – просвещение, девиз - просвещаясь, просвещать. Мир культуры велик, из него выбираю то, что ложится на мою душу, что меня трогает. О человеке можно узнать по выбору, который он делает, значит, и обо мне.
This entry was posted in Великие имена and tagged Любимые писатели и поэты, русские имена. Bookmark the permalink.

4 Responses to Велимир Хлебников. Часть 3

  1. !!!! Потрясающе!!!

  2. Элли says:

    Человек — пирог. С запахом. Букет раскрывается, предвкушением, поглощением: последовательностями вкусовых вящей…. Питающих, ублажающих. Пьяняще веселящих, трезвяще освежащих. Послевкусием насладящих, живительно роднящих. Томительно манящих. Пользительно творящих, здоровие бодрящих.
    Слогами топящий, живительно творящий… Логически делящий. .. К финалу подводящий. Заговорами крытый, печатями шитый. ЗвездАми согретый. Века перепевший.
    Хлебникову.

  3. Я тоже его совсем другим представляла, пока не начала писать о нем. Я думала, что он был более приспособленным к жизни, более мирским, что ли. А сейчас для меня он совершенно другой. И поэзия его мне тоже только сейчас начинает открываться. Поэтому мне интересно писать о людях знаменитых, что узнаешь о них совсем другое, чем представляешь. Слышать — одно, а знакомится с человеком так близко, чтобы можно было бы рассказать о нем другим, это вхождение в иное пространство, дающее совершенно другое понимание.

  4. nadilel says:

    Спасибо Тина> Я так много слышала Хлебникова, а теперь его узнала…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *