Невидимый монастырь

Невидимый монастырь - это рассказ об удивительной русской женщине – Екатерине Васильевне Загорской, жившей в середине XIX века. О ней почти ничего неизвестно, но ее история стоит того, чтобы ее узнали и другие.

Натолкнулась я на имя Екатерины Загорской в кратком примечании о. Павла Флоренского к письмам русского богослова Александра Матвеевича Бухарева.

Он готовил их к публикации для журнала «Богословский Вестник».

Примечание к письмам отсылает к воспоминаниям протоиерея В.Лаврского об о. Феодоре (Бухареве), с которым тот был знаком по Казани.Письма Александра Матвеевича написаны к духовно близким людям уже после снятия с себя монашеского чина.

К ним он обращался за помощью в период, когда ему всюду отказывали. После снятия монашеского сана Бухарев оказался в изоляции от общества и без средств существования. От голода умер единственный ребенок, не доживший и до года, от скудного питания и переживаний у Александра Матвеевича стала катастрофически быстро развиваться чахотка.

Однако о Бухареве рассказ впереди, а сегодня - об удивительной русской женщине, которая тогда пришла на помощь Александру Матвеевичу. История ее тоже стоит романа. Загорская Екатерина Васильевна предстает в воспоминаниях современников старой девой, никогда не бывшей замужем.

После определенных событий, о которых можно только догадываться, она надела черное платье, скрутила в кокон свои удивительно красивые длинные волосы и перестала участвовать в активной жизни, выбрав путь наблюдателя внешней жизни, заменив ее внутренне активной и полной благотворительности.

sviatitel1

Александр Матвеевич Бухарев

Наблюдателей и созерцателей у нас не любят, что тогда, что теперь, теперь – особенно. Говорят о них  в пренебрежительно-покровительственном тоне, относя их к числу неполноценных: пенсионеров, инвалидов и прочих маргиналов, добровольно или вынужденно оказавшихся на обочине жизни.

Вошли в моду активисты и позитивщики, убегающие от полноты жизни в той же мере, что и негативщики. Своему выбору Екатерина Васильевна сохранила верность на протяжении всей отпущенной ей жизни, потому что то был ее выбор. У нее мог вполне мог бы быть другой: она была молода, красива, богата, отец - статский советник и врач – оставил  ей хорошее наследство в виде многочисленных заводов на Урале.

Она могла выйти замуж, как ее сестры, но выбрала путь благотворительности и жертвенного служения близким. Прожив до глубокой старости, она оставила о себе добрую память, которая постепенно, с годами, увы, стала исчезать.

Она никогда не вела публичной жизни, о ней мало кто знал, но отшельнически-монашеский образ был ей впору. О ней только и остались, что воспоминания известного протоиерея, и то в связи со страстотерпцем А.М. Бухаревым, да несколько слов в воспоминаниях ее современников.

nevidimyjmonastyrО ней нет никакой информации даже в Интернете, где, казалось бы всё можно найти. Настолько память о ней оказалась коротка и выборочна. Все свое богатство, время, силы она посвящала другим, став благотворительницей и благодетельницей многих и многих  бездомных, крестьян, пансионеров, ежемесячно получавших от нее свой пансион.

У нее всегда было много девочек, которых содержала, обучала и воспитывала. Екатерина Васильевна не тяготилась этим, напротив, так их любила и настолько была привязана к ним, что даже краткое расставание на два-три дня приносило ей невыразимые страдания, боль и слезы.

Жила она для своих крестьян и домочадцев, заменивших ей семью, близких, друзей. Многочисленных детей, всегда окружавших ее, она выдавала замуж, нанимала им учителей и гувернеров. А.М. Бухарев часто, когда служил в Казани, бывал в доме Екатерины Васильевны, потому что там было всегда много детей.

Он сравнивал их с не захватанными, не загрязненными и не затертыми серебряными гривенничками, чистыми и не обезличенными жизнью. Потом у выросших детей появлялись свои детки, и снова Екатерина Васильевна заботилась о них. Так проходила ее жизнь в этом «оригинальном невидимом монастыре», в деревне, что в десяти км от Казани.

nevidimyjmonastyr1

Обучение детей

В этом невидимом монастыре была своя игуменья - сестра Загорской – Варвара Васильевна Любимова. Она хоть и была замужем, но детей не имела  и тоже привязалась к одной из своих воспитанниц.

Был у них и свой казначей – дочь купца-книгопродавца, и своя будильница и, конечно, свои насельницы – дети и домочадцы. Так сложился этот необычный женский мир, созданный двумя замечательными русскими женщинами, двумя сестрами, о которых нам почти ничего неизвестно.

Это удивительная история. Имена сестер Загорских, некогда живших в Казанской губернии, прочно вошли в мой круг имен, которыми мы окликаем и узнаем  друг друга и  которыми каждый населяет свой невидимый монастырь.

Тина Гай

Интересно? Поделитесь информацией!

Опубликовать в Одноклассники
Опубликовать в Google Plus
Опубликовать в LiveJournal
Опубликовать в Мой Мир
Опубликовать в Google Buzz



coded by nessus

About Тина Гай

УВАЖАЕМЫЕ ПОДПИСЧИКИ!!! По техническим причинам вся БАЗА ПОДПИСЧИКОВ ИСЧЕЗЛА. Прошу Вас СНОВА ПОДПИСАТЬСЯ!!!! Моя цель – просвещение, девиз - просвещаясь, просвещать. Мир культуры так велик, что из него необходимо выбирать только лучшее, О человеке можно узнать по выбору, который он делает, в том числе и обо мне.
This entry was posted in Вопросы веры and tagged женщины, милосердие и доброта, русские имена, церковная жизнь. Bookmark the permalink.

2 Responses to Невидимый монастырь

  1. Ваш комментарий на этот текст, по-моему единственный и — в точку. Такие люди действительно не вписываются в окружающую реальность. Тогда они начинают строить свой дом и мир — на обочине, которая со временем становится магистральной линией, мейнстримом, как сказали бы сегодня. Действительно, есть люди для которых самопожертвование не является подвигом, они просто не могут по-другому. Екатерина была и числа таких. Спасибо, что обратили внимание на эту маленькую заметку о замечательной русской женщине.

  2. Нина says:

    Знаете, я тоже чувствую себя по жизни наблюдателем и созерцателем. Тут дело в том, что общество любит тех, кто в него хорошо вписывается. А наблюдатели не вписываются, вот и оказываются как бы на обочине (с точки зрения общества), но на своем месте (с точки зрения самих этих любящих созерцательность людей).
    Мало таких людей, которые жили бы для других, как Екатерина. Жаль, что у нее не было своей семьи, но она сделала свой выбор.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *